Фонд Егора Гайдара

127055, г. Москва
Тихвинская ул., д. 2, оф. 7

Тел.: (495) 648-14-14
info@gaidarfund.ru

«Личный опыт помогает понимать, что бывает, а чего не бывает в реальной жизни, как устроен процесс принятия принципиальных решений»
Е.Гайдар
Найти

Календарь мероприятий

14 декабря 2012
Научная конференция "20 лет современного экономического образования и исследований в России"

28 ноября 2012
Лекция "Аукционы: бархатная революция в экономике"

14 ноября 2012
Лекция "Экономика Российской империи и Русская революция 1917 года"

06 ноября 2012
Фонд Егора Гайдара в рамках дискуссионного Гайдар-клуба продолжает проект «Дорожная карта гражданина». На этот раз, тема дискуссии: «Гражданское общество - взгляд изнутри».


Все мероприятия

Follow Gaidar_fund on Twitter

Дискуссия

Стоит ли сотрудничать с властью?

 

Дмитрий Орешкин: Василий Васильевич Розанов в «Мимолетном» от 8 августа  1914 г.  пишет: «Правительство состоит из подлецов, и только подлец может служить в нем (в его составе). Эта аксиома, теперь уже общепринятая, пошла с декабристов и «Горя от ума»… - и теперь против нее никто не спорит и считается неприличным спорить…   Тогда, значит,  правительство не только состояло (прежде) и состоит (теперь) из подлецов, но и  в будущем оно вечно обречено состоять из подлецов, - и на эту судьбу обрекло его именно общество,  запретившее кому-нибудь  из честных и порядочных  людей поступать на службу.  Запретивших мнением:  «Если кто поступит - подлец»… Т.е. правительство и было и будет, и не может когда-либо перестать быть подлым… Кто же виноват?»

С тех пор прошло 97 лет. Изменилось почти все, кроме благородной  непримиримости. Большая часть народонаселения ненавидит и демонизирует Гайдара за то, что украл «народные сбережения», раздал «общенародную собственность» олигархам и развалил «великую страну» в угоду либеральным  фантазиям. Ладно, это понятно. Непримиримый и несгибаемый Г.А. Зюганов обвиняет правительство В.В.Путина в продолжении «антинародного либерального курса». Непримиримые и несгибаемые вольнодумцы с противоположного фланга, напротив, обвиняют Гайдара в том, что он предал идеалы либерализма, записавшись в прислужники  путинской клики. Сам Путин непримиримо и несгибаемо хает «лихие 90-е» и видит свою историческую заслугу в наведении в стране  порядка после тогдашнего беспредела. Пользуясь при этом рекомендациями гайдаровского института экономики переходного периода, услугами воспитанного в гайдаровской школе министра финансов и ряда топ-менеджеров оттуда же.

Интересно получается. Гайдар (не как личность, а как социально-политическое явление) виноват по-любому. В том, что пере-либерал. В том, что недо-либерал. А главное, в том, что нарушил традицию благородной непримиримости и продолжал взаимодействовать с режимом, который его оттер от власти и, оседлав восходящий тренд рыночной экономики, начал жизнерадостно возрождать советские устои.

Надо было - говорят критики - оскорбиться. Уйти, проклясть, заклеймить. Развернуть непримиримую борьбу за принципы. Вот это было бы по-нашему, по-российски! Все или ничего. Ни единой уступки  правительству министров-капиталистов! - так нас учил В.И.Ульянов, верно?   И ведь как здорово все в результате вышло…

Если так, то Россия даром прожила 97 лет со времен В.В.Розанова. И даже раньше - со времен раскола и патриарха Никона и протопопа Аввакума.  Так с тех пор и катится на санках рядом с боярыней Морозовой, воздымая  два перста в виде буквы V и чем-то неуловимо напоминая боярыню Новодворскую. При всей к ней личной симпатии.

На вопрос о том, сотрудничать или не сотрудничать с неприятной властью, универсального ответа нет. А не универсальный - еще как. Гайдар  проголосовал за сотрудничество. И я считаю, был прав. Во-первых, потому что таким образом на власть можно влиять. Во-вторых, потому что власть приходит и уходит, а страна и экономика остаются. Если можешь что-то для них сделать - сделай. В-третьих, потому что люди учатся и меняются - следовательно, не надо жалеть сил на обучение и перемены. В-четвертых, потому что демонстративная непримиримость в  XXI веке смотрится как провинциальное пижонство. Бойкот выборов, бойкот переписи, участие приравнивается к соучастию - боже мой, страсти господни… 

 Иосиф Бродский (поэт не хуже иных-прочих - и в смысле свободы тоже) в ответ на пламенные призывы не сотрудничать с советской властью, отвечал:

- Ты в булочную ходишь? Значит, сотрудничаешь.

Типа, не стоит по мелочам выпендриваться. 

Розанов, Бродский и Гайдар - люди очень разные, но точно неглупые. А вот насчет их непримиримых критиков существуют некоторые отдельно взятые сомнения. Впрочем, сколько голов, столько умов.

    Сергей Алексашенко
экономист, директор по макроэкономическим исследованиям НИИ ВШЭ, бывший первый заместитель председателя Центробанка РФ

Главное – чтобы самому потом стыдно не было

Про булочную – оно, конечно, верно. Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Эту марксистскую истину нам в голову вдолбили крепко. Но жизнь постоянно меняется, и поэтому на один и тот же вопрос приходится, иногда по-разному, отвечать в разные периоды времени.
 
Постараюсь не быть очень строгим и не судить ни тех, ни других. На самом деле, очень просто ответит на вопрос – участвовать или нет? – тем, для кого участие ограничивается встречами, дискуссиями, написанием записок. Для них неучастие ничего принципиально не меняет в образе жизни. Безусловно, меняет в материальной составляющей, в том, показывают тебя и приглашают или нет. Но, в целом, независимо от ответа на этот вопрос твоя жизнь состоит из того же самого – размышления, записки, дискуссии. Круг и адресаты меняются, а содержание остается. Можно писать для нынешних, а можно – для тех, кто придет после них. Если у тебя с головой и совестью в порядке, то содержание не должно сильно отличаться. (Если содержание отличается, то это уже не те люди, для которых такой вопрос существует).
 
Сложнее отвечать на этот вопрос тем, для кого участие означает радикальное изменение образа жизни, поскольку связано с получением должности, на которой нужно уже не записки писать, а решения принимать. А это уже совсем иное, могу смело утверждать по собственному опыту. Для многих, «побывавших там», после кислого пресное не вкусно, они слишком хорошо понимают разницу  между «писать» и «делать», поэтому им отвечать на поставленный вопрос гораздо сложнее. Поскольку мне его (этот вопрос) задают разные люди время от времени, то могу лишь поделиться своей позицией, не претендуя на то, что она обязательно должна быть приятной для всех и принятой всеми.
 
Да, для меня сотрудничество возможно. И главным аргументом является то, что я хотел бы сделать жизнь в стране лучше. Для меня есть разница между интересами конкретных личностей и национальными интересами, и идти на сотрудничество ради первых я не готов, а ради вторых – не могу отказаться. Иначе, проще уехать, чем здесь мучаться. Но если уж речь зашла о национальных интересах, то, соглашаясь, четко должен быть уверен в том, что, во-первых, я не буду ничего делать против своих принципов, ценностей или убеждений и не буду скрывать этого, более того, скажу об этом (когда и если) такое предложение поступит, и, во-вторых, я буду иметь ту свободу принятия решений, которая мне нужна для реализации программы действий/реформ/изменений, с которой я прихожу.
 
Быть просто «на должности», ничего не меняя в нынешней жизни, и «прикрывать» власть своим именем – стыдно потом будет. И перед собой, и перед своими детьми, и перед Егором Гайдаром.

 
    Сергей Дубинин
экономист, председатель наблюдательного совета ВТБ, бывший председатель Центробанка РФ

Теоретически мы знаем, что между демократией и либеральной экономической политикой нет тождества. Социал-демократия часто предпочитает активное вмешательство государства в сфере перераспределения доходов и ограничение свободы бизнеса. Российский коммунизм (большевизм) стал экстремальным выражением такого подхода. Одновременно с этим есть примеры, когда либеральная экономическая политика проводилась жесткой авторитарной властью.
 
История, как всегда, предлагает нам несколько особый путь — из нее видно, что Российское государство проводило либеральную политику только в условиях кризиса существующей власти и подъема демократического движения за освобождение в самом широком смысле этого слова. Так произошло в период отмены крепостного права, так происходило во время революции 1905 года и столыпинских реформ. Так произошло в момент кульминации гражданской войны, когда большевики под давлением протестующего крестьянства вынуждены были пойти на новую экономическую политику. Мы были свидетелями подобного развития событий и в 1980-1990 годы.
 
В России необходимо находить сочетание между разумной либеральной экономической политикой и одновременными демократическими политическими реформами — иначе ни то ни другое не срабатывает. Российская интеллигенция не всегда это осознает. У нас традиционно популярны крайние взгляды, лозунги «за справедливость», филиппики в адрес либеральных бюрократов как «прихвостней режима», лояльные власти интеллектуалы «разоблачаются». То есть вместо строительства свободного общества силы уходят на взаимные стычки. В целом же, ряд исторических событий, о которых я говорил, вывел нас на вполне очевидную траекторию, когда удалось относительно либерализовать экономическую жизнь и закрепить вполне понятные юридические демократические нормы. Конституция 1993 года практически полностью соответствует требованиям революции 1905 года и февральской революции 1917 года. Удастся ли сегодня найти такое же сочетание — зависит от многих условий, но делать это необходимо в диалоге с властью.
 
Помимо  диссидентского, протестующего против власти, демократического движения в истории России есть и длинная череда либеральных движений и либеральных интеллигентов и бюрократов. Когда-то их в истории КПСС третировали как «либерал-охранителей», но именно эти люди создали современную Россию - сначала на имперской платформе, потом на советской, - и с ними связаны многие реальные достижения нашей страны. Я уверен, что в период Правительства Ельцина - Гайдара и работы его команды, сотрудничество либеральной бюрократии с одной стороны и демократического движения с другой, было залогом  продвижения к свободе, которое мы получили в последние десятилетия.
 
Сейчас мы стоим перед необходимостью нового импульса, который бы с одной стороны обеспечил демократические свободы и политические условия, а с другой стороны раскрепостил экономику, потому что за последние десять лет широкое внедрение государства в управление всеми экономическими процессами себя исчерпало.  Главная задача – рост эффективности экономики. Определенные симптомы понимания этого со стороны государства есть: не зря же была предложена достаточно широкая программа приватизации до 2013 года, в которую включены нефтяные, энергетические и банковские активы.
 
Я считаю, что сегодня необходимо поддержать именно это направление работы.  Словосочетание «либерал-демократия», к сожалению, слишком измазано партией Жириновского, но если очистить его от шелухи партийной символики, то именно это нам сегодня и требуется.

 
    Мариэтта Чудакова
литературовед, писатель, общественный деятель

По таинственным законам жизни языка через полвека с лишком после конца Второй мировой войны и послевоенных европейских судебных процессов запах коллаборационизма до сих пор слышен в слове "сотрудничать".
 
Начну издалека. Зять Геннадия Лисичкина, экономиста, "широко известного в узких кругах" в 60-е годы и заметного в годы Перестройки (Перестройку, как и Оттепель, пишу с большой буквы как именование эпох – вроде французской Реставрации),  вспоминает, как в доме тестя сидели в 60-годы за столом Егор Яковлев, Тенгиз Абуладзе, Юрий Визбор… И заключает: «Они жили в той же стране, что и я, но судьба этой страны их волновала по-настоящему».
 
Людей слоя, который легко обозначить как этими именами, так и многими другими, тянуло к тому соблазну, про который лучше   Пастернака не скажешь:
 
      …Хотеть, в отличье от хлыща
          В его существованье кратком, 
          Труда со всеми сообща 
          И заодно с правопорядком. 
 
Хотеть "труда со всеми сообща" – в общем, естественно для   человека. Такого, которого Пастернак отличает от хлыща, того, кого ничто, кроме собственных дел, не волнует.
Но только одни эпохи этому хотению благоприятствуют, а          другие – нет.
 
"Шестидесятники", о которых веду свою присказку, именно такого труда и жаждали. Они хотели действия, которое, во-первых, будет  направлено на интересы всего общества, страны. А во-вторых, будет происходить "сообща"- в команде, коллективно.
 
Где можно было в советские годы найти условия для такого коллективного – притом  легального («заодно  с правопорядком») труда? 
 
Только в партии. Той, которая была единственной и правящей. Ведь подпольные организации появившихся постепенно в послесталинское время историков-неомарксистов, любых диссидентов не давали возможности действия "со всеми сообща" -  только в очень узкой группе.
 
Но "со всеми сообща", как скоро стало ясно, не получилось и в партии.
 
Та часть "шестидесятников", которая оказалась на фронте, вступала в партию там, нередко перед боем, на трагическом подъеме чувств. Те, кто не попали по возрасту на фронт, вступили после доклада Хрущева –в 1956-1958 гг. С целью исправлять партию изнутри. 
 
Исправлять не получилось. Их самих в конце 60-х - 70-е годы поисключали из партии.
 
Тут судьба над ними смилостивилась – пришел Горбачев.
 
Они в  высшей степени органично почувствовали себя в «команде Горбачева» - и сами дали ей такое название. Их поддержка была решающей - без нее Перестройка захлебнулась бы в самом начале.
 
Но это, повторю, присказка.
 
Я "горячо поддерживала", как только что верно подметил коллега Кобринский (в Полит.ру) "действующего президента Ельцина". Еще бы не горячо! Он дал мне возможность реально, а не в форме горячих разговоров на московских кухнях, участвовать в укреплении российской демократии. (Среди прочего, дал возможность и резко осуждать в печати его роковую ошибку с Чечней). За его два срока цемент схватился: преемнику за два его срока разрушить здание все-таки не удалось.
Да,  горячо – как сам Кобринский все годы поддерживает Явлинского. В этом смысле нам с ним повезло.
 
Но открою секрет - нередко стоит поддерживать власть (сотрудничать), даже если не получается горячо.  Об этом совершенно точно и умно (а ум нынче на российском базаре дорог) пишет Дмитрий Орешкин. И его я тоже горячо поддерживаю (что же нам с ним еще остается делать, "жалким прихлебателям", по определению Валерии Новодворской, дерзнувшим поддержать действующего президента).
 
Страна-то своя. Не хочется отдавать ее на откуп – кому бы то ни было.

 

Голосование на сайте Эха Москвы

 
Опубликовано: 20 июля 2011
Фото: РИА-Новости

 

 

Вернуться к списку дискуссий

Как помочь фонду?