Фонд Егора Гайдара

127055, г. Москва
Тихвинская ул., д. 2, оф. 7

Тел.: (495) 648-14-14
info@gaidarfund.ru

Опыт показал: государство самоедское разрушает общество, подминая его под себя, разрушаясь в конечном счете и само.
Е.Гайдар
Найти

Календарь мероприятий

14 декабря 2012
Научная конференция "20 лет современного экономического образования и исследований в России"

28 ноября 2012
Лекция "Аукционы: бархатная революция в экономике"

14 ноября 2012
Лекция "Экономика Российской империи и Русская революция 1917 года"

06 ноября 2012
Фонд Егора Гайдара в рамках дискуссионного Гайдар-клуба продолжает проект «Дорожная карта гражданина». На этот раз, тема дискуссии: «Гражданское общество - взгляд изнутри».


Все мероприятия

Follow Gaidar_fund on Twitter

Дискуссия

Какие уроки мы извлекли из путча 1991-го?

1992 год. Панихида на месте гибели защитников Белого дома. (Фото: РИА-Новости) 
 
Андрей Колесников: Двадцатилетие попытки государственного переворота в августе 1991 года заново ставит мучительные вопросы, связанные с историческим развитием России. В том числе и проблему восприятия массовым сознанием ключевых точек российской истории, от которых зависело существование огромной страны. Но сколько-нибудь серьезного от массового сознания, особенно от молодых возрастных групп, ждать не приходится: если уж мы не разобрались с отношением к товарищу Сталину, то с позицией по отношению к путчу – естественные проблемы.
 
В преддверии даты будет немало социологических опросов, но вряд ли их результаты будут отличаться от уже имеющихся, например, от всего лишь годичной давности исследования ФОМа. Согласно опросу, 8% респондентов слышали о ключевом событии новейшей отечественной истории впервые (!), а еще 3% затруднились с ответом на вопрос, знают ли они хотя бы что-нибудь о «заварушке» августа 1991-го. Понятно, что в основном незнание касается поколения, вступившего во взрослую жизнь совсем недавно. Но, послушайте, чему же нас учат семья и школа?!
 
В последнее десятилетие «в среднем по больнице» оценки переворота всерьез не менялись – около 20% считают, что для страны было бы лучше, если бы ГКЧП сохранил власть, а около 30% - хуже. Эти цифры говорят о немногом, кроме того, что мало кто готов думать о причинах, природе и следствиях этого события. Неспособность к рефлексии подтверждает цифра затруднившихся с ответом (и это в среднем!) – 55%. И это ведь граждан не спрашивают, что они думают о переворотах 1957 года или 1964-го, к тем ли, к кому надо ли «примкнул» Шепилов, и кто был бы для страны лучшим руководителем – «железный Шурик» или дорогой Леонид Ильич. Вот они, фигуранты, здесь, рядом, кто-то скончался, кто-то жив, а Михаил Сергеевич Горбачев и вовсе все еще активен в политике.
 
Кажется, что столь масштабные, тектонического значения события затрагивают немногих. Да, в августе 1991 года переворот и его последствия касались верхушки СССР, но – всей верхушки! Да, железного Феликса крушили и рвались в помещения Старой площади несколько сотен, ну, хорошо, несколько тысяч человек. Да, сочувствовали защитникам Белого дома, наверное, миллионы людей. Но какой это процент от населения страны? Уж те же самые минимум 55%, которые сегодня затрудняются с ответом (у нас вообще страна затрудняющихся с ответом), просто безучастно наблюдали за происходящим, за «гибелью империи», если использовать термин Егора Гайдара.
 
Наш вождь и учитель Путин В.В. – слепок со среднестатистического сметливого, как солдат из сказки, россиянина. С одной стороны, он скорбит по величайшей геополитической катастрофе, с другой, терпеливо разъясняет прокремлевской молодежи, что крах-то был неизбежен. И в то же время мы услышим не раз, и уже сейчас слышим в пропаганде партии власти – то из уст Якеменко, то из уст Неверова – упреки Горбачеву в том, что он развалил страну. И эти упреки станут существенной частью политтехнологи партии власти. Это даже не эксплуатация ностальгии, а спекуляции на незнании.
 
Развал Союза был неизбежен. ГКЧП ускорил его на несколько месяцев. Не во власти Горбачева было его остановить. Скажу больше: если бы в 1985 году Горбачев не пришел к кормилу и не сделал бы процесс либерализации и параллельного распада империи сколько-нибудь сдерживаемым и управляемым, СССР развалился бы еще быстрее и еще более революционным путем – со стремительностью и «внезапностью» арабской революции.
 
Есть еще один аспект этой безбрежной темы: содержательная «программа» ГКЧП. С точки зрения не содержания и идеологии, а простой политической логики ключевые фигуры заговора спасали самих себя от скорых отставок, а вместе с собой спасали и лодку, в которой, как им казалось, можно было заделать пробоину – СССР. Но не это главное: идеологически их «Обращение» к народу – это документ, который сегодня поддержали бы многие. Больше того, именно сегодня за партию, которая вышла бы с таким публичным обращением – причем практически слово в слово – проголосовала бы существенная, весьма существенная часть населения страны.
 
История ничему не учит? Учит, только она плохой учитель, а ученики – невнимательны и забывчивы. Им не преподают «Гибель империи» Егора Гайдара, «пособие», которое было бы полезно и для нынешних руководителей, и для простых обывателей.
 
И потому законен вопрос: что путч минувший нам готовит? Какие уроки все-таки из него можно извлечь? Почему «программа» ГКЧП, которая от первого до последнего слова (это доказано материалами следствия и этого не отрицал в своих мемуарах Владимир Крючков) писалась в КГБ, до сих пор читается как актуальная «патриотическая» публицистика?
 
    Дмитрий Травин
экономист, журналист, профессор Европейского Университета в Санкт-Петербурге

 Андрей Колесников прав, когда наибольшее внимание при анализе соцопроса уделяет 55 процентам затруднившихся с ответом. Думается, это примерно те же люди, что затрудняются с анализом вопроса, какой была бы сегодня наилучшая стратегия развития России. А потому они пассивно голосуют за власть, полагая, что раз худо-бедно реальные доходы при Путине росли, значит, можно продолжать именно так жить.
 
Спрос на идеи в сегодняшней России вообще невелик. Ни на крючковские, ни на гайдаровские. А потому всякую партию, основанную на идеологии, создать чрезвычайно трудно.
О том, что идеологией «Единой России» является консерватизм, знают, наверняка, даже не все единоросы. Многие искренне полагают, что истинной идеологией является «план Путина» причем вне зависимости от того, что хозяин в данный момент вкладывает в это понятие.
 
Идеологией КПРФ является традиция. Геннадий Зюганов может исповедовать хоть пролетарский интернационализм, хоть буржуазный национализм. Все равно какая-то часть избирателей отдаст за него голос, поскольку компартия для них – это такой же любимый бренд, как для других кока-кола. Сложившимся вкусам эта часть электората не изменяет.
А вот те партии, что пытаются брать очки именно на идеях в прямом смысле слова, а не на любви к Путину или к старому бренду, регулярно терпят крах. Будь то «Справедливая Россия» пытавшаяся имитировать левизну, или «Правое дело», стремившееся играть на противоположном фланге.
 
До тех пор, пока идеи у нас не имеют значения, не будет иметь значения для широких масс и интерпретация событий августа 1991 г. Но лишь только нынешнее благополучие рухнет, сразу начнется поиск ответов на сложные вопросы, а с ним начнется и «война за историю». Поскольку символика прошлого должна будет легитимизировать путь, прокладываемый в настоящем.

 
    Петр Филиппов
руководитель проекта «Уроки 90-х», председатель совета Независимого центра по изучению методов борьбы с коррупцией

Констатация печальных фактов массового сознания россиян вполне правомерна.  Да, большинству россиян «по барабану» на что тратятся собранные с них налоги. Налоги для россиян дань, а не складчина. А кто же, отдав дань, спрашивает с князя или премьер-министра, куда он ее потратил? Львиная доля наших современников определяет свою жизненную позицию традиционно – моя хата с краю! Готовы быть покорными подданными, но не гражданами, чувствующими себя в ответе за происходящее. Свобода мнений и необходимость политической конкуренции, гражданские права и честные выборы, парламент, контролирующий президента и правительство – все это находится на периферии массового сознания. Считать власть у себя в услужении  люди полагают вредной фантазией, прописанной в Конституции, но не имеющей никакого отношения к жизни.
 
Так полагали  при Советах, так думают  и сегодня. Но отличие  нынешних российских реалий от жизни в СССР состоит в поведении  функционеров властной административной вертикали. Если в советские времена номенклатура  довольствовалась спецпайками и властью, не помышляя об эмиграции, то сегодня она не просто пилит бюджет, а массово выводит наворованное в оффшор, покупает недвижимость в Европе и отправляет туда жен и детей. Эти люди голосуют ногами, полагая, что на старости жить все-таки лучше в условиях реальной, а не фиктивной демократии. А пока близость к казне, привилегированный доступ к ресурсам их вполне устраивает, как и пассивность россиян. Этим наша властная  элита радикально отличается от грузинской, эстонской и китайской, пытающихся реально модернизировать свои общества. Лозунги  модернизации  и борьбы с коррупцией - фиговый листок, прикрывающий стремление российской бюрократии сохранить воровскую систему.
 
Печально, но уехать из России на Запад стремится и талантливая молодежь. Да и значительная часть россиян постарше не прочь эмигрировать, но понимает, что  для них это нереально. А пытаться сделать Россию частью Европы полагают делом безнадежным. «От нас ничего не зависит!» – вполне комфортная психологическая ниша для всех покорных.
 
Естественно возникает вопрос: долго ли такая воровская система просуществует? Как показывает практика, большинство современных государств представляют собой  режимы, в которых бюрократия, опираясь на  тысячелетние традиции восточных обществ, бесконтрольно распоряжаются общественной собственностью, где демократические институты декларативны, а народ  и не помышляет о  правах и свободах. Десятилетиями держатся насквозь коррумпированные режимы Нигерии, Зимбабве, Узбекистана. Разумеется, интернет, глобализация, резко возросшая миграция делают традиционные режимы менее устойчивыми, о чем свидетельствуют арабские революции последнего времени. Но для большинства из таких режимов вечер еще не наступил. Похоже, близок он и в России. Впрочем,  как справедливо отмечает Е.Гайдар в своей книге «Смуты и институты», кто накануне путча ГКЧП мог предположить, что через несколько дней советское правительство почти в полном составе окажется в Матросской тишине?
  
Второй вопрос: что можно сделать, чтобы крах воровской  бюрократической вертикали не вылился в русский бунт под архаическими уравнительными  или националистическими лозунгами? Каковы возможности того активного меньшинства, которое понимает необходимость европеизации  российского социума, модернизации общественного сознания  и общественных институтов. Вновь встает вопрос: что делать интеллигенции в условиях пассивности масс и ностальгии по имперскому прошлому?
 
Ответ банален: просвещать. Проведенные нами опросы показывают, что россияне имеют очень смутное представление о европейских порядках. Наши врачи поголовно высказывают недовольство сложившейся в России системой здравоохранения, но не могут сформулировать программу преобразований, не знают, как организованы системы здравоохранения в европейских странах. Молодые семьи резонно боятся стать обманутыми дольщиками при покупке квартир, но не знают, почему обманутых дольщиков нет в Европе. Люди не понимают, как в других странах собственники квартир  контролируют управляющие компании домов, а тем более, как парламенты реально контролирует работу правительств, как организована борьба с коррупцией в рядах  полиции, как проверяется  законность происхождения богатства чиновников? К сожалению знания даже политически активной части российской молодежи оставляют желать лучшего.
 
Учитывая роль личностей в истории, для судьбы страны критически важно просвещать хотя бы  политически  активную часть населения. Тех, кто волею судьбы в грядущих смутах станет во главе новых реформаторов. Просвещать через молодежные клубы, газеты, сайты, кинодокументалистику. И стараться сделать модным интерес к тому, почему в Европе жить лучше, чем в России.

    Андрей Вавра
журналист, политический обозреватель, старший референт при президенте РФ в конце 1990-х - начале 2000-х

Мы – нация, не интересующаяся своей истории по причине ее полной запутанности. Мы никак не придем к согласию в отношении советской эпохи. Одновременно существует стойкое неприятие перестройки и 90-х. Про них – исключительно в разоблачительном жанре. Сплошь похабные истории – как что рушили, растаскивали, разворовывали, заодно и пьянствовали (хотя без перестройки и 90-х где бы мы сегодня были). И в этом смысле путч, как иллюзия возможности какого-то альтернативного, более мягкого щадящего перехода – с сохранением всех народов и территорий, при плавной экономической модернизации, - смотрится очень даже ничего. Потому что – считается - хуже чем получилось, путчисты просто не смогли бы сделать.
 
Но ведь можно было смотреть на эти события совершенно иначе.
 
Путч – фактическая точка окончательного развала Союза и всего социалистического лагеря, которым пыталась противостоять кучка перепуганных партийных функционеров. Геополитическая катастрофа? Но для кого? Для стран Восточной Европы? Для Украины, Узбекистана, Туркмении, Азербайджана и т.д. и т.п.? Что-то не очень похоже. Да, русским во многих бывших советских республиках стало плохо. Так и в России им сегодня не везде хорошо – вспомним про безработные, спившиеся, заброшенные деревни по всей стране. Вспомним и про Северный Кавказ, откуда их повсеместно выдавливают.
 
Развал Союза и соцлагеря ознаменовал еще и конец противостояния двух систем и угрозы их ядерного конфликта. Появление на карте мира свободной России и двух десятков независимых государств.
 
Это – одно из ключевых событий ХХ века. Наряду с 17-м и 45-м гг. – когда наша страна меняла вектор мировой истории.
 
Нам бы гордиться, что Россия в очередной раз определяла судьбы мира. Нам бы гордиться великой историей великой страны.
 
Однако оценку этих событий стали определять потерпевшие и проигравшие. Во-первых, коммунисты и так называемые, «патриоты». Во-вторых, с разоблачениями выступили представители западных компартий и западной коммунистической прессы, всегда содержавшиеся на советские деньги, поток которых сразу прекратился. Потом настал черед парламентариев путча-2 (1993 г.). И т.д. и т.п. Всем им не нравились Ельцин, Гайдар, Чубайс. Не нравилось, что обесценились вклады, а общенародная собственность попала в частные руки, породив олигархов. Что пенсионеры стали жить впроголодь (хотя и сегодня их жизнь не сильно улучшилась, несмотря на все наши нефтяные доходы).
 
Потом политическая конъюнктура потребовала создать максимально благоприятный – негативный фон – этой эпохи, чтобы были виднее достижения Путина.
 
В результате нам понаписали такую историю, которой не то чтоб гордиться – побыстрее забыть как страшный сон.
 
У меня вопрос: можно не любить свою историю, но любить свою страну? Или спросим вот так: может ли быть великая страна с никудышной, дрянной историей, которую вроде бы и вспоминать стыдно?
 
Я вовсе не про то, чтоб забыть все трудности и проблемы, которые переполняли 90-е. Не надо любить Родину с закрытыми глазами. Но ведь никто не станет ставить под сомнение исторический смысл Великой французской революции из-за того, что тогда по Парижу носили надетыми на пики головы – и даже другие части тела – аристократов, а гильотина работала с повышенной нагрузкой.
 
91 год – это - без преувеличения - великая дата мировой истории. Но никому внятно про это мы рассказать не можем. Не то что всему миру – сами себе не можем. Сами не понимаем, не хотим понимать.
 
Сегодня мы стараемся поднять имидж страны. Этой цели служат Олимпиада в Сочи, саммит АТЭС, чемпионат мира по футболу, Сколково, Москва как международный финансовый центр.
 
Может быть, заботу об имидже страны стоит начать с объективной оценки собственной истории, в которой путч 91-го – только маленький, но чрезвычайно наглядный эпизод стилистической убогости действий власти и потери ею ощущения эпохи?


 

Опубликовано: 11 августа 2011

 

Вернуться к списку дискуссий

Как помочь фонду?